"Иму"

 

Автор: Прасковья Власова (Girhasha)

Материал: La Doll, Камень обсидиана.

Размеры: 15 на 15 см.

Статус: Личный талисман автора.

 

"После переезда меня стали преследовать кошмары, дурные сны и тревожные предчувствия. Несмотря на крохотную площадь квартиры, мне всюду мерещились чьи-то причудливые тени и приглушенные голоса. Я чувствовал себя не в своей тарелке и никак не мог поверить, что это мой новый дом. Меня будто пытались выжить так и не пожелавшие съехать старые жильцы. Они ехидно переговаривались в пустой кухне, шептались у изголовья кровати, шаркали по узкому коридору. Даже в рваном ритме падающих из подтекающего крана капель было что-то потустороннее и недоброе. Хуже всего становилось ночью, когда тени от занавесок наливались чернилами и окутывали всю квартиру. В них можно было прятаться и перебегать по черным коридорчикам даже в самые дальние уголки комнаты. Среди причудливых строений, собранных из так и не распакованных коробок с вещами, в темноте я видел чьи-то внимательные глаза, а под кроватью раздавалось чье-то приглушенное дыхание. И я, словно опять вернувшись в детство, боялся заглянуть в темноту и обнаружить притаившегося монстра.

Первым порывом было полностью поменять интерьер, избавиться от старой мебели и выдворить за порог даже воспоминания о старых жильцах. Но это не помогло. Напротив, из зеркал, что я развесил в коридоре, прихожей и комнате, стали появляется все новые призраки. Они не были похожи на меланхоличных квартирантов старого дома, которые никак не могли свыкнуться с новым соседом. Эти гости явно были родом из мест более отдаленных и мрачных. Каждый раз когда я смотрел в зеркало, я замечал у себя за плечом тень, окутанную сумраком настолько, что нельзя было различить даже силуэта. Как правило, они держались подальше, на расстоянии наблюдая за мной из зазеркалья.

Они пугали меня, но я пробовал бороться с ними. Я пытался лишить их укрытий и утопить в свету. Возвращаясь после работы, я сразу же включал все освещение, заливая желтоватым светом даже самые дальние углы квартиры. Телевизор был моим верным собеседником: его монотонная речь забивала другие шепоты, едва уловимо вибрирующие в воздухе.

В какой-то момент я даже поверил, что эта стратегия подействовала и победа осталась за мной. Я расслабился и забылся, пока однажды ночью меня не разбудил отчетливый шум, доносящийся с кухни. Вскочив с постели, я кинулся туда, щелкнул выключателем, но так и остался стоять в темноте – светильник не работал, наверное, перегорела лампочка. Я стоял посреди беззвездного зимнего мрака, вглядываясь в едва различимые очертания предметов. Казалось, что мрак так же внимательно разглядывает меня. Могу поклясться, что слышал приближающиеся шаги и шипение. Судорожно отступив, я нащупал на полу у кровати сотовый телефон. Используя его в качестве фонарика, я вернулся на кухню, но никого не нашел.

С тех пор я спал особенно плохо. На ночь я оставлял включенным светильник, очерчивающий вокруг меня магический круг света. Меня мучила бессонница, а когда сон все-таки приходил, он неизменно оборачивался одним и тем же кошмаром, где я в кромешной темноте брожу по запутанному лабиринту, преследуемый невидимыми тенями. Я выбивался из сил и едва не падал от изнеможения, но не смел остановиться: страх перед тем, что скрывалось во мраке, гнал меня вперед. Зачастую я просыпался затемно и с нетерпением ждал рассвета, прислушиваясь к тому, как кто-то едва слышно расхаживает по квартире. Иногда я вставал, подходил к двери, ведущей на кухню, но так и не осмеливался открыть ее.

Хуже всего было зимой, когда приходилось вставать в темноте и бороться с обитателями теней с помощью светодиодного фонаря. Его яркий луч скользил по стенам и мебели белесым пятном, но я боялся, что если замешкаться и не щелкнуть выключателем, кто-то обязательно схватит меня за руку и утащит в темноту, кроющуюся за поверхностью зеркала.

И вот однажды мой самый страшный кошмар ворвался в реальность. На районной подстанции произошел сбой, и я остался в темноте. «Боевой» фонарь стоял на подзарядке, и его не хватило надолго. Вскоре мрак полностью затопил квартиру. Не помня себя от ужаса, я нашарил в ящике письменного стола несколько свечек, которые я приготовил для подобного случая. С зажженной свечой в нетвердой руке я направлялся в прихожую, чтобы одеться и сбежать в какое-нибудь полуночное кафе. Мой путь пролегал через узкий коридор длиной всего пару метров. Но он вызывал у меня настающую панику, так как на одной из его стен висело большое, в полный рост, зеркало. Я верил, я знал, что его обитатели уже подкрались к его зыбкой грани, чтобы схватить меня. Меня била нервная дрожь, и я безвольно вжался в угол.

Через несколько минут паралича я будто взглянул на себя со стороны. Я не отрицал своих страхов, но чувствовал, что чем больше взращиваю в себе ужас, тем сильнее становятся тени. Невероятным усилием воли я заставил себя подняться и подойти к зеркалу, неся перед собой свечу, словно оружие и щит.

Я собирался взглянуть в лицо своим демонам. Точно принимая вызов, бесформенные тени выползали из всех углов и щелей, собираясь темной массой за зеркальным барьером. Они скалились и злобно шипели, с каждым мгновением все больше наливаясь холодом и мраком. На мгновение зажмурившись, я шагнул им навстречу, ожидая почувствовать, как стягивается вокруг меня их удушающая хватка. Но мгновение тянулось за мгновением и ничего не происходило. Когда я отважился открыть глаза, в зеркале не было аморфного кома ночной темноты, вместо него в огороженном рамкой пространстве метался огонек. Безмолвно он то взлетал в воздух, то резко опускался в самую гущу мрака, разя и впиваясь в отступающие перед ним тени. Уже через несколько минут ожившая темнота превратилась в простой сумрак, посреди которого парил успокоившийся огонек.

Завороженный, я поднес к нему руку. Когда я коснулся поверхности зеркала, огонек вздрогнул и подался мне на встречу. Он преображался и вырастал из глубины зазеркалья, каждый язычок пламени, переходя через прочерченную серебром границу, обретал материальную форму. Вот появились когти, за ними размашистые кожаные крылья, а потом и ухмыляющаяся ушастая мордочка летучей мыши. Огонек исчез, но у меня на руке, крепко обхватив палец когтистыми лапками, сидел Иму. Огненный дух назвал свое имя так тихо и незаметно, что я не мог с уверенностью сказать, произнес ли он его или только подумал.

Просидев у меня на пальце, он вспорхнул, полетал по квартире, точно осматривая свои новые владения, и уселся на светильнике на кухне. Оттуда ему был виден и коридор и комната.

С его приходом квартира обрела свою целостность и завершенность, из простого жилья она превратилась в желанный дом. Маленький монстр, выходец из потустороннего мира, был тем недостающим кусочком, которого не доставало в этой мозаике.

Днем Иму дремлет, прячась от солнца в тени занавесок, или флегматично наблюдает с высоты шкафов и светильников за обитателями квартиры. Но ночью он стряхивает с себя апатию и зорко следит за всем, что творится в ночной темноте. Как настоящий ночной охотник, он караулит в засаде кошмары и демонов, которые так и норовят просочиться в этот мир через зыбкие поверхности жидкостей, зеркал и косые стыки углов.

Больше мой сон никто не тревожит, лишь порой в тишине ночи раздается глухое хлопанье кожаных крыльев. Это Иму гоняется за очередным чудовищем, которое вздумало перешагнуть порог этого дома."

© 2015  Извне.